Menu

Amzontag MORGEN

pegasov boroda

Сергей ЕРОХИН

Я проснулся в первый день войны. Выглянул в окно – там, на зимнем ветру...

в одной пижаме, раскачивался сосед сверху: веревка оказалась крепкой, и его шея неестественно вытянулась. Да, мой сосед всегда был расчетливым человеком. Зазвонил телефон – спросили какого-то Майкла. Я ответил, что Майкла, очевидно, уже нет в живых: кажется – он нырнул с разбега в водопроводный колодец и так и не вынырнул, я только закрыл люк, хотя точно не помню. Мне сказали: большое спасибо. Больше никто не звонил. Тогда я решил немного поболтать со своей подружкой – узнать, как дела, и все такое прочее,- но в ответ мне сообщили, что она ушла с Майклом. Забавно. Весьма забавно. Теперь разговаривать было не с кем и не о чем. Тогда я включил телевизор: генерал в парадной форме говорил, что армия не убивает, а лечит, что она… Неожиданно кто-то за кадром дважды выстрелил в голову генерала. Мозги эффектно забрызгали весь экран. Затем разбили камеру – изображение отлетело в сторону и погасло. Я выключил телевизор. Стало совсем скучно – самое время прогуляться. Но в подъезде истошно вопила какая-то женщина. Не хотелось ей мешать. Неудобно как-то. Пришлось остаться дома.
Я снова выглянул в окно: сосед по-прежнему прохлаждался, только теперь его ветром отнесло в сторону, и он запутался в ветвях дерева.
Кстати, я никогда не знал его имени. Может быть – Майкл? А по улице шла похоронная процессия: шестеро на длинных шестах несли гроб, так что он как бы парил над толпой. И люди пьяными, нестройными, срывающимися голосами пели: «Боже,царя храни…» Тут-же,из-за угла дома,вывернула еще одна компания – кучка молодчиков прямо по тротуару волокла на веревке скомканное окровавленное тело и громко выкрикивала: «Смерть шпионам!» Заметив друг друга, две процессии в замешательстве остановились. Пауза была недолгой – первыми опомнились более агрессивные смершевцы: из кожанных курток они быстро выхватили дубинки и цепи и кинулись на монархистов, или не монархистов, не все ли равно… Мне стало неинтересно. Опять кровь. Повсюду кровь… Сейчас бы чашечку кофе. Крепкий кофе и сигарета – что может быть лучше? Но сюрпризы не кончились – из кухни мне навстречу вышло нечто напоминающее кошку. Да, то была кошка, только совершенно лысая и синяя. И глаза – они даже не светились, а мерцали, как затухающие угли. Кошка оскалилась, сделала несколько неуверенных шагов, павалилась набок и больше не шевелилась. На ее жутком жалком тельце выступила изморозь. Еще двух подобных кошек я обнаружил в морозильнике. Интересно, кто подбросил мне эту мерзость? Кофе я так и не выпил.
Выбрасывая замороженных кошек в мусоропровод я наткнулся на свою подружку. Пропавшую с Майклом подружку. Она лежала на лестничной площадке в луже крови. Одежда была разодранна, на теле – ножевые раны. Помоему, некоторые косточки ей тоже переломали. И, заодно, изнасиловали. А, может, изнасиловали, а все остальное – заодно. Я даже и не подумал, что это о н а могла т о г д а кричать.
Правда, на лице у нее застыла довольно приятная улыбка, как оскал полумертвой кошки. Все э т о нужно было о с м ы с л и т ь. По неосторожности я вымазал домашние тапочки в крови, пришлось их бросить в подъезде. Войдя в комнату я увидел на полу дохлую крысу. Может крысы и не было, но я в и д е л . И тут мои нервы не выдержали. ВЫ ЧТО, ВСЕ ОБАЛДЕЛИ !? Нет, никто не обалдел.
Все чувствуют себя нормально. Просто началась война. Да… я совсем забыл – сегодня первый день войны. Мне не надо было просыпаться. Теперь я не сомневался в том, ч т о нужно делать.
Я вытащил из-под софы потертый чемодан и из груды старого тряпья достал пистолет. Еще с т о й войны. В промасленной тряпке и целофановых пакетах он хорошо сохранился. Я стер лишнее масло и несколько раз для пробы перезарядил – все нормально. Затем пересчитал патроны – как раз столько, сколько нужно. А я знал с к о л ь к о м н е н у ж н о патронов. Я всегда знал к а к это должно произойти. Послышался треск ломающихся веток. Я выглянул в окно – веревка развязалась, и сосед сверху наконец упал на землю. А вдоль улицы на сером снегу виднелись красные и черные пятна. Красные пятна крови. Черные пятна тел. Невдалеке стояла скорая помощь. Двое санитаров спокойно курили.
Дохлая крыса вдруг очнулась, пискнула и выбежала вон. Ах, вон оно что… Я снял пистолет с предохранителя, подошел к зеркалу и прицелился в свое отражение…
В первую ночь войны мародеры выломали входную дверь. Я слишком крепко спал, чтобы услышать. Обшарив светом фонарика комнаты, грабители нашли страшный беспорядок, расстрелянное зеркало и не менее расстрелянное тело хозяина. И еще – пистолет.
Но последний патрон в нем заклинил – слишком долго возиться, теперь это
ненужная безделушка. Больше брать было нечего. Один из ночных гостей, осматривая письменный стол, наткнулся на рукопись. «Я проснулся в первый день войны» – этот идиот еще что-то написал перед смертью! Потом почитаю…»,- он сунул листки в карман. Через минуту затрещала дверь в соседнюю квартиру…

1991 (ред. 2000.01.06.)

back to top